Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Ватник

Тревога!

Мне только что позвонил знакомый, который сказал, что "В контакте" от моего имени некто просит денег. Я не умею писать в контакте, ничего там не писал по меньшей мере год. Денег мошеннику не давайте, а кто может, как-нибудь его уконтрапупте.
Прошу простить за беспокойство.
Ватник

Напасть

Полчаса назад закончил новую повесть: "Напасть". Два авторских листа (83,5 тыс. знаков). При этом автоматический редактор меня не особо порадовал. Упоминания достойны лишь три слова:

Дуралей – предлагаемая замена: дюралей.
Манька превратилась в маньяка.
И совершенно блестящий случай: Диковидный мужик стал дисковидным.
Основная

Игры с вордовским редактором.

Давненько я не сообщал, о чём мне спел чекер. В каждом новом рассказе он предлагал заменить одно-два словечка, но в целом интересных сообщений не получалось. И вот я завершил работу над рассказом "Умелка", включил редактор, который обычно выключен, чтобы не мешал, и начался праздник, поименованный "пирдуха".

- Так-с, - начинает работу редактор. - Тут у вас спальня главной героини. А что в спальне?
- Пуфочки.
- Нет, так не пойдёт. В спальне у молодой красивой девушки должны быть пупочки.
- А теперь героиня на работе... Что от неё начальник требует?
- Чтобы она отчёт сбросила ему на флешку...
- Начальнику следует сбрасывать отчёт на плешку. Понял? Исправляй!
- Говорите, девица красивая и косметикой почти не пользуется. А что пишете?
- Всё своё, незаёмное...
- Если уж девица красива, то у неё всё неземное!
- Теперь появляется главный негодяй, мерзавец и насильник. И что он говорит?
- Он глумится, говорит: "Вот ведь я какая какашка".
- Фу! Не знаю такого слова. Негодяй будет не какашка, а казашка. И в результате у него будут не фрикции, а одни фикции.
- Ну, в общем, так оно и есть. Изнасиловать Линочку он не сумел.
- Тем более. И ещё... каким это словом вы его обзываете?
- Мачо..
- Нет такого слова в моём словаре! После неудачи на сексуальном фронте он станет "мазо", а то и вовсе моча! Эх вы, писателя! Учи вас тут...
Основная

Блалада о гювече

За два месяца с превеликим трудом написал один небольшой рассказ (примерно на лист размером). В виде затравки выложу здесь первую (и самую маленькую) главку, посокольку она сюжетно почти завершена.
А остальное, когда сумею где-то напечатать весь рассказ.

Святослав ЛОГИНОВ


БЛАЛАДА О ГЮВЕЧЕ


От дерева к дереву короткими перебежками Волк скрадывал добычу. Добыча была хороша – девушка почти девочка, одетая по-крестьянски с торбой через плечо и палкой в руках. Как такую могло занести в лес, да ещё в одиночку?

– Классная у неё шапочка, – шептал Волк в азарте. – Квасная, я бы сказал…

Шапочка у девушки и впрямь была коричневатая, цвета домашнего кваса. И, конечно, торба вместо корзинки, только это и отличало её от сказочного персонажа. Что касается Волка, то не имелось у него ни больших глаз, ни огромных ушей, а зубы были чёрные и гниловатые. Тем более не было хвоста. Внешне лесной хищник походил на задрипанного мужичонка. Волком он называл себя сам; нравилось ему это имя.

Задача у Волка была самая простая: путницу следовало сначала изнасиловать, а потом медленно и со вкусом лишить жизни.

Конечно, охотиться на девушек лучше всего в сёлах и маленьких городках. Незаметно подкрасться, задурить хорошенькую головку, задурманить, чтобы красотка сама не могла понять, как очутилась за выгонами или в пригородном лесу. Но и упускать сладенькую добычу, когда она по своей воле забрела в лес, Волк не желал.

Тревожило одно: слишком уж беззаботно девушка шла по лесу. Так может ходить либо абсолютная дура, либо тот, кто надёжно защищён магией. И посошок в руке девочки навевал мысли самые нехорошие. Попробуй раззявить пасть на чужую невинность, как с конца жезла соскочит молния, и собирай свои обгорелые ошмётки по всему лесу.

Ещё возможна ловля на живца, но тогда бы девочка была тревожна. К тому же, Волк очень хорошо чувствовал, когда охотятся на него.

Тяжела ты жизнь маньяка!

Возле ручья девушка остановилась, присела на камень, разулась и опустила уставшие ноги в воду.

Ах, какие ножки! Вот уж, действительно, хороши! Даже при взгляде из кустов слюнки капают. А вдобавок к девочке бережок, ручеёк, красота, романтика – лепота, да и только!

Натуры наивные и до идиотизма глупые полагают, что чистая, текучая вода не таит в себе никакого зла, и на берегу родниковой речки всякий может быть в безопасности. Как же, расскажите об этом утопленникам, то-то они посмеются! Зато чистая вода умеет смывать грязь и грим, выявляя правду. Чёрный становится чёрным, а белый – белым, независимо от того, каким этот кобель казался прежде. А кто будет пользоваться этой правдой, воде совершенно безразлично.

Волк старательно принюхался. Всё было предельно ясно: никакой засады и ловушки нет, и посошок – вовсе не магический жезл, а самая распростая палка. А уж Классная Шапочка и вовсе ничего не таит; вся из себя невинненькая и такая беззащитная, что плакать от умиления хочется.

Можно приступать.

Волк скинул куртку и рубаху, а взамен набросил чары неуязвимости. Разулся, добавил своей фигуре роста и мускулистости, чтобы девочка сразу поняла, что рыпаться бесполезно. Затем, вальяжно и не торопясь, вышел на свет.

Девчонка вскочила, разбрызгав воду. В глазах полыхнул восхитительный испуг, совсем, как в самых сладких грёзах.

– Приветик, – сказал Волк. – Как делишки? К бабуле идёшь, да? А в торбочке пирожок. Угадал, да?

– Угадал… – растерянно ответила Квасная Шапочка. – Пирожок. С зелёным луком и яйцом.

– А горшочек? – возликовал Волк. – Горшочек есть? С маслицем.

– Горшочек тоже есть. Только без маслица. Сёстры на ужин гювеч делали с зелёной фасолью, так я в дорогу горшочек с гювечем взяла.

– Экая ты зелёная, – сказал Волк и спустил штаны. – Ну, что, поиграем немножко?

– Не подходи! – выкрикнула девчонка. – Палкой по башке дам!

– Ух, какая сюся-масюся… – умилился Волк. – Брось палочку-пугалочку. У меня, небось, палка покрасивше.

Отращивать клыки и когти он не торопился, по первому разу уестествлять девочку следовало в человеческом обличии.

Дальше случилось то, чего случиться не могло. Девица размахнулась и саданула Волка по голове своим смешным посошком. Магический шлем, который наворожил себе Волк, выдержал бы и стальную булаву, но корявая деревяха не заметила волчьего чародейства и врубилась в покатый лоб.

– Ты чо?! – взвыл Волк.

Удар был не столько болезненным, сколь обидным, а в следующий миг девица заправским штыковым ударом ткнула острый сук в то место, что Волк продемонстрировал в предвкушении грядущих наслаждений.

Это было по-настоящему больно.

Волк завыл не по-волчьи, свернулся наподобие лысого ежа, откатился в сторону, лишь там с трудом поднялся и, хромая, кинулся наутёк. Юница, выпятив губу, глядела ему вслед. Старшие девушки рассказывали, что от насильника хорошо отбиваться туфельками на шпильках, но оказалось, что и суковатая палка, если пихнуть её в промежность, тоже действует неплохо.

Девочка подцепила концом посошка скинутые Волком штаны и швырнула их в ручей. За кустами обнаружила остальную одежду и тем же манером перекидала её в воду. Один башмак утонул сразу, второй поплыл по течению словно военный корабль с ростром в форме медной пряжки.

Тем и закончилась встреча в лесу, хотя ничто на свете не кончается совсем хорошо. Скулит, забившись в чащу, обиженный Волк, а ручей… был чистым, а что стало?

(продолжение когда-нибудь следует)

PS. Рассказ называется именно "Блалада о гювече", хотя таковой в тексте нет. Во второй главе есть лишь отрывок их "Блалады о непреклонном геройстве":

Великий воин был готов
Устроить тарарам,
Но меч его -- гроза врагов --
Переломился там.

Погиб за ро дину герой,
Такие, блин, дела;
И мы вечернею порой
Поём о нём: "Бла-бла"!
Основная

Отмываю деньги

Не подумавши сунул в карман шариковую ручку, а она взяла и вытекла. Среди прочих убытков -- семь десятирублёвых монет, которые оказались густо заляпаны пастой. Пришлось заняться отмыванием денег. Губка, капелька "Ферри", немного тёплой воды. Теперь я большой специалист в этом криминальном занятии.
Ватник

Никто и звать никак

Ай да Логинов, ай да сукин сын!

Забавно, сахар 11,8, давление 213/134, сердце ноет, в висках стукотит, а не страшно ни чуточки. Я это сделал, а дальше пусть меня называют маньяком, шизофреником... да кем угодно.

Одеваюсь во всё грязное и иду разгребать сортир. Это единственное, на что я сейчас способен.